Растительнвя жизнь

«Знакомься, Алиса, это пудинг. Пудинг, это Алиса…»
(Л.Кэррол. "Алиса в стране чудес")

И действительно, разве легко скушать пудинг, или какое-нибудь растение, если представить себе, что они в это время мыслят?
С другой стороны, хотелось бы выяснить, что он ас думали сваренные в живом кипятке раки.
Однако природа повсюду ставит свои запреты. Законы природы и сама природа представляют собой тюрьму для человеческого духа, поэтому их ни в коем случае нельзя прощать. Человек стремится победить мир, раньше чем мир победит его.
Говорят, что доисторический дикарь пытался объяснить мир по аналогии с самим собой, воображая, что себя-то самого он прекрасно понимает. И ошибался. Отсюда берёт начало привычка одушевлять неживые предметы, в том числе и растения. А может быть человек без конца умножает сущности, одушевляет неживые предметы и придумывает миры - для того, чтобы спрятаться в этих мирах от реальных и воображаемых неприятностей? Не является ли реальность по самой своей природе недоступной для разума и противоположной ему? В таком случае, никогда не следует пренебрегать забыванием.
Ничто, предстающее как "это здесь" не есть ничто, а есть нечто, доступное обозначению. Природа есть то, что следует уничтожить. А если это пока невозможно, тогда природа есть то, чего не следует принимать и с чем не следует примиряться. И тогда: кто научит, что ничего нет, тот мир закончит.
"Жизнь - это безмерное издевательство над нами со стороны природы, это непристойное соединение атомов углерода, злокачественные образования на поверхности земли, неизлечимая гниющая рана", - писал нобелевский лауреат Вольфганг Швиттер. Естественное состояние бытия в котором отсутствует смысл - его осмысленное отсутствие. Больше того, отсутствие всегда намного эстетичнее присутствия. Ведь самое возмутительное в присутствии - это его неизлечимая банальность. С другой стороны, представьте себе сосредоточенное выражение человека, когда его никто не видит, к примеру, в процессе отправления им естественных надобностей. Для внешнего мира такой мыслитель отсутствует, поскольку сознаёт, что он всего лишь биологическое существо, которому не дано удержать ничего в себе самом. Не говоря уж о том, что не дано удержать и самого себя. "Всё суета и томление духа", потому что дух сам для себя представляет наибольшее томление.
Невидимое отсутствие часто персонифицируют, творя в воображении его образ. Возможно, отсутствие бытия - это и есть мировая душа буддистов, с которой мы все соединимся когда нас не станет. В том числе и растения. Не случайно существование растений имеет некоторое внешнее сходство с буддийской нирваной.
Согласно первой благородной мудрости Будды, жизнь - это страдание. Покуда бытие всё ещё банально присутствует, всё живое и даже неживое в той или иной форме (не обязательно - в буквальном смысле) страдает. Это будет продолжаться до тех пор, пока всё навсегда не свернётся обратно. Помимо прочего, страдание служит проявлением основополагающего свойства мира - его несоответствия любым человеческим представлениям о справедливости. Так, растениям иногда приписываются альтруизм, сострадание — как раз то, что, как правило, отсутствует в отношениях между людьми. Можно предположить, что растения страдают в неизмеримо меньшей степени по сравнению с человеком, потому что не рефлексируют по поводу окружающей несправедливости. Часто жизнь человека, который преследует (без фанатизма) исключительно самые расхожие смысложизненные цели, (такие как богатство, известность и власть) - называют растительным существованием. В таком контексте растительное существование мыслящих и не мыслящих млекопитающих приближается к идеалу пустотной души растений. Растения красиво являют своё неподвижное состояние как отсутствующую возможность обратиться к ним - как бессловесную пустоту. Их возрастающее опустошение наполняет натянутую как воздушный шарик Вселенную.