Казнить, нельзя помиловать

Казнить, нельзя помиловать

Казнить, нельзя помиловать

«Если нужно отменить смертную казнь, пускай господа убийцы начнут первыми».
(Альфонс Карр, французский писатель)

«Ты умираешь безвинно», – говорила Сократу жена, на что он возразил: «А ты бы хотела, чтобы я умер заслуженно?»
К сожалению, большинство людей – далеко не Сократы. При этом некоторые настолько омерзительны, что у порядочного человека чешутся руки от желания досрочно депортировать их в пустоту. С одной стороны – виселицы, как говорится, не страшится лишь безголовый. С другой – людей очевидно пугает не столько сама пустота, о которой большинство не имеет ни малейшего представления, а скорее само болезненное вхождение в прекращение иллюзии. Помня о том, что всем, в той или иной форме придётся осуществить такой переход, люди иногда пытались не только умучить казнимых поживописнее, но и наоборот – облегчить процесс. («-Что, гильотину заело? Я ничего не почувствовал. – А ты кивни»).
В 1845 году будущий премьер-министр Великобритании Бенджамен Дизраэли опубликовал книгу "Сибилла, или Две нации", где высказался против разделения народа на две постоянно враждующие нации — богачей и бедняков:
"Две нации, между которыми нет ни связи, ни сочувствия; которые так же не знают привычек, мыслей и чувств друг друга, как обитатели разных планет; которые по-разному воспитывают детей, питаются разной пищей, учат разным манерам; которые живут по разным законам... Богатые и бедные".
Специфика России заключается в том, что богатство здесь опосредовано бюрократической диктатурой. Русская нация распадается, как и прежде, на два неравных сословия. Первое – госбюрократия всех мастей, или «россияне». Спрашивается, к кому обращался покойный нетрезвый президент, произнося свою сакраментальную гундосую фразу: «-Дорогие россияне!»? Разумеется, он обращался не к населению, на которое ему было ровным счётом глубоко наплевать, а к своим, к госчиновникам. Что касается Москвы, где количество этнических русских не превышает 30%, то она двано уже превратилась в резервацию для "россиян". Второе сословие – это, собственно говоря, русские. Само слово – «русские» – россиянам неприятно и они стремятся как можно реже его произносить.
Почему российская власть, игнорируя мнения подавляющего большинства, держится за отмену смертной казни?
Во-первых, мнение народа россиян никогда не волновало, поскольку населению они не подотчётны. Их беспокоит мнение Совета Европы.
Во-вторых, уличная преступность и бытовые убийства затрагивают опять-таки не саму власть, а в, первую очередь, народ. А вот недоброй памяти товарищ Сталин казнил не только народ, но и власть, за что первый ему симпатизирует, а вторая до сих пор ненавидит.
Неудивительно, что россияне больше всего опасаются распространения смертной казни на преступления, связанные с коррупцией. Ведь «призрак бродит по России – призрак китайского коммунизма», с его расстрелами проворовавшихся чиновников на стадионах. По этой причине российские бюрократы мысленно примеряют смертную казнь прежде всего на себя, любимых. Естественно, ужасаются и находят множество аргументов в пользу её отмены. Какие же это аргументы?
В целом, сторонники отмены смертной казни формально исходят из мнимой ценности каждой человеческой жизни. Однако совершенно очевидно, что сохранение жизни – бессмысленное в силу своей неосуществимости занятие. Любые формы борьбы за существование изначально обречены на поражение, чего нельзя сказать о борьбе за несуществование. В случае отмены смертной казни смерть всё равно остаётся карой за факт рождения.
Когда Сократу сказали: «Афиняне осудили тебя на смерть», он ответил: «А природа осудила их самих».

Оставить комментарий

Комментарии: 0